Главная » Онкологические заболевания

Рак щитовидной железы

11 марта 2010 Просмотров: 4,167 Комментариев нет

Тема данной страницы - Рак щитовидной железы




Рак щитовидной железы

Среди злокачественных опухолей рак щитовидной железы (РЩЖ) занимает скромное место, составляя 0,4-2,0%. Вместе с тем РЩЖ-самая распространенная опухоль органов эндокринной системы. Заболеваемость карциномой щитовидной железы (ЩЖ) в Российской Федерации в 1996 г. составила 1,1 на 100 тыс. мужского населения и 3,8 на 100 тыс. женщин. Вместе с тем, она подвержена значительным колебаниям в регионах России. Так, наибольшая заболеваемость среди мужчин отмечена в Орловской (3,1%ооо)> в Брянской (2,7%ооо)> Ивановской (2,5%ооо) областях, а среди женщи—в Архангельской (9,4%ооо), Свердловской (8,2%ооо) и Брянской (7,2%ооо) —

В Санкт-Петербурге, так же как и в большинстве крупных городов мира, число пациентов РЩЖ неуклонно растет. Так, количество больных с тиреоидной карциномой среди оперированных по поводу заболеваний ЩЖ возросло с 4 до 11% в период с 1960 по 1997 годы.

Соотношение заболевших РЩЖ мужчин и женщин составляет 1 : 3.

РЩЖ встречается в любом возрасте, но чаще болеют на 4-ом десятилетии жизни, как мужчины, так и женщины.

Заболеваемость РЩЖ имеет несколько пиков, обусловленных возрастом и состоянием тиреоидной ткани.

Первый пик выпадает на период полового созревания детей, второй приходится на середину между 30 и 40 годами жизни. Как правило, рак развивается в этом возрасте на фоне неизмененной тиреоидной ткани (солитарный РЩЖ).

Следующий пик совпадает с началом климактерического периода и соответствует началу шестой декады жизни. Карцинома обычно выявляется на фоне зобно-измененной тиреоидной ткани. Чаще это аденомы ЩЖ, реже — узловой коллоидный эути-реоидный зоб, а иногда и диффузный токсический зоб.

С другой стороны, среди аденом ЩЖ рак выявляется в 10-17%, коллоидных узлов — в 5-6%, диффузных тиреотокси-ческих зобов — в 3-5%, аутоиммунных тиреоидитов — 3-4% наблюдений.

Наконец, четвертый пик заболеваемости РЩЖ выпадает на середину седьмого десятилетия жизни людей. В этом возрасте на фоне неизмененной (40%) или зобнотрансформированной тиреоидной ткани (60%) развивается одна из наиболее злокачественных опухолей человека — недифференцированный рак.

По мнению И.М.Неймана, Ж.Матэ 80-90% злокачественных новообразований связаны с канцерогенными воздействиями внешней среды и поведением самого человека, что, однако, является лишь ускорителем эндогенного процесса, обусловленного генетическими особенностями и иммунологическим состоянием организма.

В этиологии РЩЖ важное значение имеют генетические, онтогенетические и экологические факторы, в особенности сочетание этих причинных и разрешающих обстоятельств жизни, наблюдающихся почти у каждого третьего больного с тиреоидной патологией.

Общеизвестно, что наличие заболеваний ЩЖ у кровных родственников на несколько порядков повышает вероятность возникновения опухолей этого органа, у представителей следующих поколений.

К онтогенетическим факторам следует отнести заболевания органов эндокринной и репродуктивной систем, опухоли других органов, а также доброкачественные болезни самой щитовидной железы.

Наиболее часто РЩЖ развивается до выявления, одновременно или после опухолей матки, яичников, молочных желез. Полинеоплазия (синхронное или метахронное сочетание РЩЖ и рака молочных желез, матки, яичников) отмечена в 6,5- 12,5% наблюдений.

РЩЖ в Санкт-Петербурге выявляется у 1 из 8 тысяч человек с неизмененной ЩЖ и у 1 из 33 пациентов тиреоидной патологией, что достаточно ясно отражает роль «фоновых» заболеваний в канцерогенезе.

Неуклонный рост частоты РЩЖ, наблюдающийся в течение последних 40-50 лет, в значительной степени обусловлен влиянием неблагоприятных экологических факторов, что отмечено почти в 40% наблюдений. К ним следует отнести длительное (около 40 лет) воздействие вредных химических веществ, различные виды облучения, длительное проживание в эндемичной по зобу местности.

Известно (I.Cerlethy et all, 1978), что у лиц, подвергшихся в детстве рентгеновскому облучению области головы и шеи (лимфаденит, аденоиды, гиперплазия миндалин), РЩЖ выявлен в дальнейшем в 19,6% наблюдений. По другим данным, облучение в детстве повысило заболеваемость РЩЖ в 23 раза. У японцев, облученных при взрыве атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки, РЩЖ выявлялся в 10-15 раз чаще, чем среди остального населения Японии. В областях России, попавших под воздействие ионизирующей радиации в результате аварии на Чернобыльской АЭС, уровень заболеваемости РЩЖ после облучения в детском возрасте возрос в 4,6-15,7 раза по сравнению со средним по стране. При этом следует помнить, что даже небольшие дозы излучения канцерогенны, а латентный период может длиться 10-40 лет. Значение 1311, преобладавшего в атмосферном выбросе во время катастрофы на Чернобыльской АЭС, в канцерогенезе РЩЖ общеизвестно и общепризнано. Поэтому, странным, по крайней мере, кажется использование этого изотопа для лечения больных диффузным токсическим зобом, в том числе в детском возрасте, получающее распространение в США и некоторых странах Западной Европы. Такое лечение, по- видимому, даст в итоге те же результаты, что и применение рентгеновского облучения головы и шеи у детей в 20-50 годы.

Еще одним экологически неблагоприятным фактором является дефицит йода в воде, почве, следовательно и пище. Экспериментальные и клинические наблюдения показали немаловажную он-когенную роль тиреотропного гормона гипофиза в развитии опухолей ЩЖ. Проведение профилактических антизобных мер в эндемичных зонах привело к снижению количества заболеваний ЩЖ. При этом частота рака не изменилась. Другой, более благоприятной стала морфологическая структура карцином.

Таким образом, исходя из современных представлений об этиопатогенезе РЩЖ, в группу повышенного онкологического риска следует относить:

— лиц, имеющих наследственное предрасположение к опухолям и дисфункции ЩЖ, органов репродуктивной сферы;

— женщин, длительное время страдающих воспалительными заболеваниями или опухолями гениталий, молочных желез;

— людей, получивших общее или местное лучевое воздействие на область головы, шеи, груди, особенно в детском и юношеском возрасте;

— работников химических предприятий со стажем 20 и более лет, людей находившихся под воздействием сверхвысокой частоты, ракетного топлива, в зоне загрязнения радиоактивными веществами;

— больных, многократно оперированных по поводу рецидивного зоба.

Опухоли ЩЖ возникают из 4 типов клеток: фолликулярных А-клеток, фолликулярных В-клеток (Ашкинази-Гюртле), пара-фолликулярных клеток (С-клеток) и нетиреоидных («пришлых») клеток.

Фолликулярные клетки дают начало папиллярным и фолликулярным ракам разной степени дифференцировки. В-клетки, отсутствующие в нормальной ЩЖ, представляют собой трансформированные А-клетки. Появляются они обычно при аутоиммунных заболеваниях (аутоиммунном тиреоидите, диффузном токсическом зобе), из них чаще развивается фолликулярный рак. Гораздо реже они становятся источником папиллярного рака. До настоящего времени не известны случаи возникновения из С-клеток ананластического РЩЖ.

С-клетки ЩЖ являются представителями APUD-системы. В физиологических и патологических условиях они вырабатывают кальцитонин, катехоламины (адреналин, норадреналин, ДОФА-декарбоксилазу) серотонин, простагландины, избыток которых приводит к диарее. С-клетки могут стать источником только злокачественных опухолей с формированием железистых и папиллярных структур. Наиболее типичным вариантом новообразования из С-клеток является медуллярный рак, относящийся к умеренно дифференцированным опухолям.

Плоскоклеточный РЩЖ гистологически связан с остатками эмбриональных клеток элементов щитоязычного протока, и встречается очень редко. Из клеток нетиреоидного происхождения по числу и клиническому значению наибольший интерес представляют лимфомы, развивающиеся из лимфоцитов и их предшественников.

Небольшую часть злокачественных новообразований ЩЖ составляют метастазы рака из других органов. Чаще других в ЩЖ метастазируют гипернефромы, меланомы, раки молочных желез.

В последние несколько десятилетий среди злокачественных опухолей в Санкт-Петербурге и других неэндемичных по зобу областях преобладают папиллярный (50%) и фолликулярный (35%) раки.

Недифференцированная карцинома встречается в 10%, медуллярная — в 5%, плоскоклеточная — в 0,5% наблюдений.

В диагностике РЩЖ выделяются 4 этапа: поликлинический, специализированный, интраоперационный и постоперационный. Большое значение для раннего выявления опухолей наружной локализации имеет самообследование больных, которое в соответствии с рекомендацией ВОЗ следует проводить не реже 1 раза в месяц. Так как в настоящее время лишь каждый четвертый больной сам выявляет изменения в ЩЖ, выработка привычки и навыков самообследования представляется весьма важным и перспективным фактором для своевременной диагностики РЩЖ.

Устоявшееся представление о клинических проявлениях РЩЖ включает:

— возникновение и быстрый рост опухоли на шее справа или слева от трахеи; она деревянистой консистенции, спаяна с окружающими тканями, смещается синхронно акту глотания;

— наличие метастазов в регионарных (предгортанных, пара-трахеальных, яремных, медиастинальных) лимфоузлах, а также других органах и тканях (легкие, кости, мозг, печень);

— появление осиплости, изменение силы и тембра голоса (парез возвратного нерва), нарастающее расстройство дыхания из-за сдавления гортани и трахеи опухолью.

Характерным для настоящего времени набором специальных методов исследования, используемых на этапе амбулаторного и стационарного обследования больных с патологией ЩЖ, является:

— УЗИ щитовидной железы и регионарных лимфоузлов;

— определение уровня гормонов ЩЖ (Т3, Т4) и гипофиза (ТТГ);

— сканирование и сцинтиграфия ЩЖ с туморотропными РФП и без них;

— пункционная биопсия ЩЖ под контролем УЗИ или без такового с последующим цитологическим исследованием мазков;

— флюорография органов грудной клетки в 2-х проекциях;

— рентгенография шеи и средостения с контрастированием пищевода;

— компьютерная томография (в различных вариантах) органов шеи и средостения;

— срочное и плановое гистологическое исследование препаратов ЩЖ.

Несмотря на перечисленный мощный арсенал вспомогательных методов исследования, проблема диагностики РЩЖ остается нерешенной. Так, лишь в 30-70% наблюдений высказывается предположение о РЩЖ до операции. В ходе нее еще в 20-

65% наблюдений выясняется наличие злокачественной опухоли ЩЖ. В 4-5% случаев таковая обнаруживается лишь при плановом гистологическом исследовании.

Это обусловлено рядом особенностей клинического течения различных по морфологической структуре карцином ЩЖ, влиянием возраста больных и фоновой патологии этого органа, отсутствием абсолютно надежного специального метода диагностики.

Перефразируя «Илиаду», п. 9 Гомера о ценности искусного врачевателя, можно сказать, что в диагностике РЩЖ всех специальных методов надежнее опытный хирург-эндокринолог.

Ультразвуковые сканограммы дают представление о наличии, размерах и содержании жидкости в опухолях, но не характеризуют их морфологическую структуру. Дополнение УЗИ пункци-онной биопсией может уточнить диагноз в том случае, если опухоль ЩЖ размерами более 1-1,5 см и солитарная, то есть окружена неизмененной тиреоидной тканью. Такие условия имеются, как показывает опыт, лишь у 40% пациентов с узловыми новообразованиями ЩЖ. С учетом возможностей цитологического исследования достоверность дооперационной диагностики солитарного рака при сочетании УЗИ и пункционной биопсии не превышает 70-80%.

Если карцинома ЩЖ развивается на фоне клинически превалирующих доброкачественных заболеваний, точность комплексной дооперационной диагностики не превышает 25-30%. Основным этапом (на 60-65%) распознавания РЩЖ является интраоперационная визуальная макро- и микроскопическая оценка препаратов.

Необходимость в срочном гистологическом исследовании возникает редко (в 15-20%), если операция выполняется в специализированной клинике. Это объясняется опытностью хирургов в макроскопической оценке характера опухоли и возможностью в большинстве случаев избрать адекватный для любого характера опухоли объем хирургического вмешательства без ущерба для здоровья пациентов. Срочное гистологическое исследование может быть успешно заменено срочным цитологическим исследованием отпечатков опухоли при наличии высококвалифицированного цитолога.

Сканирование или сцинтиграфия ЩЖ с изотопами йода, технеция, термография ЩЖ характеризуют функциональную активность опухоли. Карциномы функционально неактивны или менее активны здоровой ткани и доброкачественных опухолей. Уровень инфракрасного излучения над их проекцией превышает таковую над аденомами. Этот диссонанс лежит в основе тепло-визионной диагностики рака. При этом опухоль ЩЖ должна достичь значительных размеров и не экранироваться здоровой тиреоидной тканью или другими узловыми новообразованиями ЩЖ, что нарушает характерную для рака сканографическую или термографическую картину.

Рентгенографические методы исследования дают важную информацию о степени распространения карцином на шее, за грудиной, наличии отдаленных метастазов.

Исследование уровня гормонов ЩЖ, гипофиза определяет программу гормональной подготовки к хирургическому вмешательству и послеоперационной терапии больных РЩЖ.

Сложность клинической диагностики РЩЖ обусловлена тем, что лишь в 40-50% наблюдений карцинома растет на фоне макроскопически неизмененной тиреоидной ткани. В 15-17% случаев она выявляется наряду с аденомой, которая часто клинически превалирует. У 20-25% больных рак обнаруживается в окружении множественных доброкачественных образований и в 10-12% — на фоне диффузно гиперплазированной ткани токсического зоба или аутоиммунного тиреоидита.

Особенные затруднения вызывает индикация так называемых «маленьких» РЩЖ диаметром до 1-1,5 см. В 80-90% наблюдений они маскируются пальпаторно преобладающей зобно-трансформированной тиреоидной тканью. Выявить эти фокусы злокачественного роста возможно лишь в ходе или после операции.

Иногда можно услышать об относительной безопасности «маленьких» раков, которые обычно имеют фолликулярное или папиллярное строение и очень медленно (иногда на протяжении десятилетий) растут под маской небольших подвижных узлов ЩЖ и не доставляют никаких беспокойств. Люди MoiyT умирать от других причин в пожилом возрасте, а «маленький» рак становится случайной находкой патологоанатома.

Однако каждый хирург-онколог, много занимающийся хирургическим лечением больных с тиреоидной патологией, может привести в качестве примеров десятки и сотни наблюдений, где долго существовший узелок в ЩЖ начинает бурно расти, ме-тастазировать и приводит к гибели пациентов. Это вполне соответствует теории Fulds о неравномерности опухолевой прогрессии и положению К.Н.Сидельмана (1976) о «бластном кризе», сопровождайщемся дедифференцировкой карцином ЩЖ.

Кроме того, существует еще одна форма дифференцированного РЩЖ, где первым и основным проявлением заболевания являются множественные метастазы опухоли в регионарные лимфоузлы, источник метастазов, как правило, не пальпируется и далеко не всегда выявляется при УЗИ щитовидной железы в силу небольших его размеров. Такая форма опухоли получила название «скрытый» РЩЖ. Это еще раз подтверждает небезопасность «маленьких» карцином ЩЖ.

Большое влияние на течение РЩЖ оказывает пол и возраст пациентов. Частота рака у девочек и мальчиков до полового созревания практически одинакова. После 14-16 лет соотношение заболевших РЩЖ мальчиков и девочек оценивается как 1:3-4, что объясняется более напряженной и лабильной работой эндокринной и иммунной систем женщин. Это, в свою очередь, повышает опасность срывов механизмов адаптации и возникновения дисплазий и узловых эндокринопатий.

У каждого 4-5 ребенка и юноши в возрасте до 20 лет узловое новообразование щитовидной железы оказывается злокачественным. РЩЖ у пациентов этого возраста имеет папиллярное или фолликулярное строение, в 40-50% наблюдений метастазирует в регионарные лимфоузлы. Опухоли указанной структуры обычно отличаются медленным ростом.

Папиллярные карциномы могут иметь локальную, локально-метастатическую и метастатическую форму течения, нередко приобретают вид кистозного образования в результате деструкции опухоли в центре и образования полости, заполненной жидкостью. Метастазируют по лимфатическим путям. При нерадикальном лечении эти опухоли быстро рецидивируют, приобретая агрессивное течение из-за появления менее дифференцированных структур.

Фолликулярный РЩЖ имеет довольно благоприятное течение, хотя метастазирует не только лимфогенно, но и гемато-генно (в кости, легкие, мозг). Прогноз зависит от степени дифференцировки опухоли.

Медуллярный (С-клеточный) РЩЖ относится к категории умеренно дифференцированных опухолей, метастазирует часто (40-50%), главным образом по лимфатическим путям, поражая средостение, печень, редко кости.

Встречается и локальная (без метастазов) форма медуллярного рака. Тогда его течение мало чем отличается от папиллярной и фолликулярной карциномы. У каждого третьего пациента помимо изменений на шее имеет место диарея.

Опухолевым маркером С-клеточного рака является кальци-тонин, уровень которого в крови больных высокий. Медуллярный рак бывает спорадическим, либо составной частью синдрома множественных эндокринных опухолей ПА и НВ типов, для которых характерны хромафинномы, главным образом над-почечниковой локализации (синдром Сиппла) и аденома или гиперплазия околощитовидных желез. Для синдрома МЭН ПА типа, помимо перечисленных опухолей, характерны марфаноид-ная внешность больных, нейромы и нейрофибромы; поражающие слизистые оболочки, в первую очередь, языка.

Ананластические А-клеточные РЩЖ развиваются примерно в половине наблюдений на фоне длительно существовавшей зобной трансформации органа, обычно у людей 7 декады жизни. Отличаются чрезвычайно агрессивным инфильтративным ростом (средняя продолжительность анамнеза болезни 2,5 месяца), что быстро приводит к расстройству дыхания из-за компрессии органов шеи, средостения и гибели больных. Нередко при изучении препаратов ЩЖ таких больных видна длительно существовавшая опухоль в капсуле, окруженная новой, неудержимо растущей молодой тканью недифференцированной карциномы, что заставляет подумать об упущенных возможностях больного излечиться своевременно.

Прицельный анализ клинического течения РЩЖ при различном фоновом состоянии тиреоидной ткани показал значительные отличия. Они были настолько выраженными в ряду: неизмененная тиреоидная ткань, аденомы щитовидной железы, диффузный токсический зоб, аутоиммунный тиреоидит (вокруг карциномы), что высказано предположение о тормозящем действии иммунной системы больных с указанными заболеваниями на прогрессирование карциномы. Это предположение было подтверждено в дальнейшем соответствующими иммунологическими исследованиями.

Проявление сказанного состоит в том, что промежуток времени между выявлением солитарных опухолей и лечением составил 2,44±0,7 г, в то время как у больных с карциномами на фоне других заболеваний ЩЖ анамнез болезни составил 6,7 ±1,3 года.

Солитарные карциномы отличались агрессивным ростом и к моменту операции были неудалимы в 27% наблюдений, против 6% при раке на фоне доброкачественной тиреоидной патологии.

Регионарные метастазы рака имели место в 31,3% (против 12,9%), отдаленные метастазы выявлены в 8,1% (против 1,7%) наблюдений.

Наиболее благоприятным течением отличаются дифференци-розанные (папиллярная, фолликулярная, медуллярная) карциномы на фоне диффузного токсического зоба. Пик заболеваемости в этой группе был близким к 55 годам. Примерно у 2/3 пациентов отмечена нейроэндокринная стадия тиреотоксикоза, который отличался упорным рецидивирующим течением. Продолжительность анамнеза болезни была большой и составила 6,6± 0,5 года. То есть, опасность появления РЩЖ чаще угрожает пациентам, длительное время (3-7 лет) страдающим тиреотоксикозом, первые признаки которого появились в конце 5 декады жизни.

У подавляющего большинства больных диффузным токсическим зобом и аутоиммунным тиреоидитом карциномы были «маленькими» и насчитывали несколько миллиметров в диаметре, метастазировали редко (в регионарные лимфоузлы — в 11%, в другие органы — в 1,9%). Довольно часто (22%) имели многофокусный рост, что важно помнить при выборе объема операции по поводу диффузного токсического зоба.

Учитывая особенности возникновения, роста и распространения РЩЖ, можно утверждать, что мерой профилактики, ранней диагностики и достижения благоприятного прогноза в лечении больных тиреоидной карциномой является своевременное хирургическое вмешательство по поводу доброкачественных заболеваний ЩЖ.

Так как продолжительность анамнеза заболевания у больных с карциномой на фоне узлового эутиреоидного (7,4±0,9 г.) и токсического зоба (6,6±0,5 г.) существенно превысила таковую у пациентов соответствующими доброкачественными заболеваниями (5,4±0,2 г. и 4,2±0,2 г.), то их следует дополнительно внести в группу высокого онкологического риска, представленную выше.

Помимо онкологических, у больных с доброкачественными заболеваниями ЩЖ могут быть чисто хирургические (большие размеры зоба шейной или шейно- загрудинной локализации с компрессией органов) и эндокринологические (неэффективность медикаментозной терапии тиреотоксикоза) или сочетание перечисленных показаний к оперативному лечению.

Хирургический метод лечения больных РЩЖ является основным. Объем операции избирается в зависимости от степени распространения карциномы и ее морфологической структуры.

В клинической практике используется Отечественная и Международная классификация по системе TNM в редакции 1989 и 1997 гг. Несмотря на многие недостатки, предпочтение отдается последней для обеспечения сопоставимости программ лечения и анализа их результатов.

У больных запущенным дифференцированным РЩЖ, распространившемся на окружающие органы шеи и средостения могут быть предприняты комбинированные операции, в ходе которых резецируется гортань, трахея, пищевод, магистральные медиастинальные сосуды. Если наблюдается обширное метаста-зирование РЩЖ в шейные и медиастинальные лимфоузлы, выполняются расширенные оперативные вмешательства в виде 2-х сторонних ФФД, ОК, чрезгрудинной медиастинальной лимфа-денэктомии в 1 или 2 этапа.

При местных рецидивах и метастазах дифференцированного РЩЖ, в отличие от опухолей других локализаций, приемлемы и эффективны повторные операции, объем которых определяется индивидуально.

Больные анапластическим РЩЖ обращаются за помощью в IV стадии заболевания, когда опухоль распространилась за пределы органа, инвазировала гортань, трахею, пищевод и, как правило, уже вызвала расстройство дыхания, питания, оттока крови от головы.

Предпринять дооперационное наружное облучение обычно невозможно, так как оно усугубляет нарушение проходимости трахеи и пищевода, вызывая лучевой ожог и отек слизистых оболочек.

Операция выполняется в плановом, срочном или неотложном порядке после различной, в зависимости от ситуации, интенсивно-реанимационной подготовки. Объем хирургического вмешательства поэтому колеблется, от выделения из опухоли трахеи и трахеостомии, до максимально полного удаления опухоли с сохранением возвратных нервов и околощитовидных желез, без трахеостомии. Последнее обстоятельство очень важно, так как у больных без трахеостомии значительно сокращается время заживления раны и возможно раньше приступить к лучевой терапии.

Все операции при аналластическом раке носят паллиативный характер, потому что достичь полного удаления опухоли не удается, и в ближайшие недели и месяцы появляются признаки рецидивирования и дальнейшего прогрессирования карциномы.

Существует несколько программ лечения больных РЩЖ, разработанных разными онкологическими школами в Германии, Франции, Италии, США, России.

Одни программы предполагают удаление всей щитовидной железы вне зависимости от структуры и стадии рака, выполнение различных вариантов лимфаденэктомий, в том числе и профилактической. В дальнейшем проводится терапия радиойодом (профилактическая или лечебная) и наружное облучение шеи с последующим контролем уровня тиреоглобулина в качестве маркера рецидивов РЩЖ.

В России, как видно из представленной выше схемы, в основном выполняются органосберегательные операции на ЩЖ, лимфаденэктомия предпринимается (ФФД или ОК) лишь при морфологической верификация метастазов рака.

Терапия радиоактивным йодом используется после тиреои-дэктомии, в случае неполного удаления опухоли ЩЖ, вросшей в органы шеи и средостения или при появлении отдаленных метастазов папиллярного или фолликулярного рака, поглощающего индикаторную дозу изотопов йода.

Наружное облучение шеи и средостения всегда необходимо при анапластическом раке; повторных рецидивах или метастазах дифференцированной карциномы, иногда после комбинированных и расширенных операций, а также при неполном удалении (в ходе паллиативных операций) ткани опухоли.

Самостоятельная лучевая терапия при нерезектабельных опухолях или у неоперабельных больных проводится с двух-трех полей, суммарная поглощенная доза доводится до 60-70 Гр, однако и в этих случаях предпочтительным является предварительное выполнение разгрузочной паллиативной операции с наложением тра-хеостомы, что делает более безопасным облучение и способствует улучшению непосредственных и отдаленных результатов.

Химиотерапия используется преимущественно при лечении больных анапластическим РЩЖ. Наиболее эффективными препаратами являются адриамицин, блеомицин, цисплатин, винк-ристин, лечение которыми осуществляется в виде предоперационных или послеоперационных курсов.

Общепринятым и важным элементом лечения больных РЩЖ является ТТГ- супрессивная и заместительная гормонотерапия. Она. проводится экстрактами ЩЖ крупного рогатого скота (тиреоидин) или синтетическими аналогами тиреоидных гормонов (L-тйроксин, тиреокомб, тиреотом, эутирокс и др.).

Рациональность избранной программы лечения, методики хирургических вмешательств, вспомогательной терапии проверяются в онкологии непосредственными и отдаленными (для больных РЩЖ 10 и более лет) результатами.

В ведущих клиниках нашей страны 10-20 — летняя кумулятивная выживаемость больных папиллярным и фолликулярным РЩЖ при полном удалении опухоли достигает 92%. При медуллярном раке этот показатель колеблется между 60 и 70%. Лучшие показатели выживаемости наблюдаются у людей в возрасте до 40 лет, при интратиреоидном расположении карцином, соответствующих Ti, Тг-

Отдаленные результаты лечения больных анапластическим РЩЖ мало зависят от объема выполненной операции. Последний весьма существенен для течения раннего послеоперационного периода. Технически неправильное наложение и неумелый уход за трахеостомой может привести к нагноению операционной раны, тяжелому обструктивному бронхиту, пневмонии и гибели больных. Поэтому очень важно с помощью операции как можно быстрее подготовить пациентов анапластическим раком к химиолучевому лечению, которое продлевает жизнь до 10-12 месяцев.

Без комбинированного лечения эти больные погибают через 1-3 месяца.

Сравнительный анализ показателей выживаемости больных, пролеченных по программе, принятой в России и рекомендуемой в других странах, показал преимущества первой, так как больные выздоравливали от РЩЖ чаще, нуждались в менее напряженной ТТГ-супрессивной и заместительной терапии (вследствии сохранения собственной тиреоидной ткани), а лечение, в общем, обходилось дешевле.

 Рак щитовидной железы. Как лечить болезнь?
 Рак щитовидной железы. Народные способы лечения и исцеления.
Уникальные исцеляющие видео-сеансы.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Цитировать

Оставить комментарий или два

Добавьте свой комментарий или трэкбэк . Вы также можете подписаться на комментарии по RSS.



Добавьте страницу в закладки:

Спонсоры

    Набор для окраски Романовского-Гимза предназначен для высушенных на воздухе гинекологических мазков.